«МИР 24» пообщался с теми, кто 12 июня 1990 года принимал первую Декларацию о независимости России и узнал, как политики 90-х относятся к этому событию спустя четверть века.
День России празднует вся страна. 26 лет назад, 12 июня 1990 года, «виновница» нынешних торжеств – Декларация о государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики – была принята 1-м съездом народных депутатов РСФСР с восторгом и практически единогласно.
«За» проголосовали 907 депутатов, «против» – 13 (при девяти воздержавшихся). Если декларация – как полагают сегодня многие – сыграла недобрую роль, поспособствовав распаду Советского Союза, почему же абсолютное большинство новоиспеченных российских парламентариев ее приняло?
Осознанная необходимость — ответ на недееспособность
Среди депутатов, что голосовали против, известных фигур нет. Среди тех, кто был «за», их сегодня тоже не очень много. Те из ветеранов отечественного парламентаризма, с кем поговорил корреспондент «МИР 24», как тогда, так и ныне придерживаются очень разных взглядов и пережили разные судьбы за четверть века. Однако по некоторым важным позициям их мнения близки.
Так, совершенно разные люди сходятся в том, что, принять декларацию было необходимо – не от хорошей жизни, можно сказать. Ситуация в стране дошла до ручки. А также признают, что, действительно, декларация де-факто дала толчок к распаду СССР. Но этого никто не хотел – и парламентарии как раз пытались сохранить союзное государство, раздираемое противоречиями.
«Декларация о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 года была осознанной необходимостью, — подчеркнул один из авторов документа Сергей Бабурин. — Она стала попыткой российских депутатов, с одной стороны, адекватно ответить на заявления о независимости и суверенитете прибалтийских республик, Грузии и Молдовы. С другой стороны – сохранить страну как союзное государство».
Фото: Юрий Абрамочкин, РИА Новости
Сегодня Сергей Бабурин известен как лидер «Российского общенародного союза» и Международной славянской академии наук. Главным в декларации, как считает Бабурин, было «не подтверждение суверенитета, который был уже записан во всех советских конституциях, даже с правом на отделение». А намерение создавать из РСФСР социальное правовое государство в рамках обновленного Союза ССР.
«Декларация была ответом на недееспособность союзного центра во главе с Горбачевым, — рассказал Сергей Бабурин. — И даже последовавшее избрание Бориса Ельцина уже в 1991 году президентом РСФСР было ответом десятков миллионов граждан на неспособность что-либо изменить к лучшему со стороны президента СССР Михаила Горбачева».
Союз хотели сохранить на новой основе
Еще один автор декларации, депутат Анатолий Шабад, пришел в политику из науки и ныне продолжает научную деятельность в ФИАН имени Лебедева. Он тоже уверен, что провозглашение декларации «было неизбежностью и предопределило распад Советского Союза».
«Хотя декларация вовсе не подразумевала его распад – она предлагала заключение нового Союзного договора, — отметил Шабад. — Но, к сожалению, некоторые силы накануне заключения договора устроили путч и сделали его невозможным. Поэтому декларация послужила основой для рождения новой политической системы, когда все бывшие союзные республики стали независимыми государствами».
Если Анатолий Шабад в роковой судьбе СССР винит, прежде всего, августовский путч 1991 года, то лидер Российского христианско-демократического движения Виктор Аксючиц возлагает большую вину на «Беловежское соглашение» того же года.
Как напомнил политик, в проекте нового Союзного договора «были предусмотрены все опасности и все вопросы, которые необходимо решать при этом».
«Во-первых, переходный период на несколько лет. Во-вторых, решение массы вопросов о собственности, — рассказал депутат. — Могут ли прибалтийские порты полностью отойти к Прибалтике, если это строилось Союзным государством? И т.д. Вопрос о титульных нациях… Можно было делать так. Но беловежские события все это перечеркнули».
Несколько иного мнения придерживается основатель Демократической партии России Николай Травкин. Он полагает, что Советский Союз все-таки был обречен, хотя путч его и подтолкнул.
Фото: Александр Макаров, РИА Новости
Последующего хода событий, по свидетельству Травкина, никто не предвидел. «И когда реформы начались, все рассуждали: самое главное – власть, рынок, демократия, и будет все прекрасно, — говорит Николай Ильич. — Ельцин же не обманывал, когда говорил: «Через полгодика, ребята, заживем! А нет, так я на рельсы лягу». Он тоже в это верил – откуда он знал другую экономику? А дальше – от любви до ненависти один шаг».
Ничего нереального не было
Сама же декларация заложила немало полезных основ, о чем напомнил один из ее авторов и авторов первой Конституции РФ, Олег Румянцев — в то время молодой человек 29 лет, а ныне — президент Ассоциации специалистов по связям бизнеса и государства «GR-лига».
Вторая правовая задача, которую тогда решили – «впервые заявить о том, что Российской Федерации вообще нужен государственный суверенитет». Это было необходимо и для того, чтобы защитить российские богатства от растаскивания, и как основание для экономических и политических реформ, что были необходимы.
«И третья ее функция – связать процессы в России с реформами на уровне СССР, — рассказал Румянцев.- В декларации соблюден уникальный баланс: консерваторы, которые отстаивали ценности Союзного договора в первую очередь, и демократы, которые говорили о политической реформе, сошлись в консенсусе. 13 раз упоминается Союз, союзное гражданство, органы власти, договор и т.д».
Олег Румянцев убежден, что Советский Союз мог бы сохраниться в форме конфедеративного государства. «А как существует ФРГ в рамках ЕС? – напомнил он. — Это примеры конфедеративного по сути государства. ЕврАзЭС еще только подходит к этому. Это нормальный процесс. Это процесс интеграции в сложных формах. Ничего нереального не было в проекте Союзного договора, подготовленного Горбачевым и парафированного Ельциным».
Неудачу сторонников Союза Румянцев объяснил в первую очередь тем, что у них «не нашлось социальных сил, которые могли бы тему сохранения общего пространства сделать интересной и привлекательной».
«Не было отечественных политтехнологов грамотных, PR-технологий, активно работающей молодежи, — подчеркнул политик. — Что случилось дальше? Вопрос дальше к Ельцину и его окружению».
Власть «от народов»
Сама декларация – небольшой документ на пару страниц. Но это не роман, и авторство тут определяется по-иному. Важно не только то, кто какой кусок текста написал – текст вообще мог переписываться не один раз.
«У победы всегда много авторов, у поражения – ни одного, — заметил в данной связи Анатолий Шабад. — Сначала Румянцев создал группу юристов, которыми я руководил как депутат, и мы написали некий текст. Но потом пришел депутат Леонид Волков, сказал, что это никуда не годится, и написал другой текст. Мы немедленно признали его преимущества и стали его проталкивать».
Было еще как минимум два эпизода – веселый и нудный. «Текст был отдан Ельцину, и он с ним выступил. Горбачев на следующий день обрушился с критикой, но он критиковал не тот документ, — рассказал Шабад. — Было забавное разбирательство».
А уже затем над текстом работала редакционная комиссия, долго и тяжело.
Когда же дошло дело до принятия, оказалось, что все это не имеет ни малейшего значения. Как заметил депутат Шабад, «все было принято на ура», хотя, возможно, «многие потом пожалели».
Политик, историк и правовед Леонид Волков не дожил до нынешней годовщины, хотя и застал 25-летний юбилей. Он скончался 18 января в Германии в возрасте 86 лет.
«В головах был образ империи зла»
Не все политики согласны считать декларацию 12 июня хотя бы относительным благом. В этом с российским парламентарием Бабуриным расходится союзный парламентарий и лидер депутатской группы «Союз» Виктор Алкснис.
Фото: Палладин, РИА Новости
Большинство же депутатов, как и простые люди, по мнению Виктора Алксниса, в тот момент «ничего не понимали, в их головах был образ империи зла, которая должна быть уничтожена – и тогда каждый заживет счастливо и богато». Насколько это сбылось, каждый волен судить сам.
Вопрос о том, праздник ли 12 июня, разделил мнения существенно.
«Да, 12 июня – день принятия декларации, которая сохраняет свою актуальность – я считаю, что это государственный праздник, — отметил Олег Румянцев. — И очень важно снимать эти наслоения мифов вокруг этого документа и этого дня».
«Для меня – праздник, — подтвердил Анатолий Шабад. — Я это считаю своим личным праздником».
«Такой праздник должен быть. Но обидно, что он привязан к дате, когда был избран Ельцин, — полагает Виктор Аксючиц. — С другой стороны, я понимаю, что очень многие праздники, которые необходимы России, принимались по вполне случайным обстоятельствам. Со временем это становится нормой, и народ к этому привыкает. Мой оппонент Зюганов сделал вполне разумное предложение».
«Для меня 12 июня – это, конечно же, не День России, — подчеркнул Сергей Бабурин. — Это день обмана и самообмана, потому что благими намерениями устлана дорога в ад, и в очередной раз в этом убедилась уже вся страна».
«Я думаю, что в настоящее время, единственный праздник, который нас объединяет, это 9 мая, — заметил Виктор Алкснис. — Я не думаю, что в ближайшее время возникнут какие-то новые праздники».
«Не праздник — выходной день, — сказал Николай Травкин. — Для меня праздник – Новый год, дни рождения детей. Вообще-то, я считаю, что с праздниками мы переборщили».
Леонид Смирнов
Комментарии mrinosmi